02 Марта 2018 в 08:53 3991

Наталья Гарипова, ведущая СТБ: «В Украине люди готовы осудить, даже не посмотрев шоу»

Наталья Гарипова о сложностях создания шоу формата Late Night Show

Наталья Гарипова – стендап-комик, ведущая нового вечернего юмористического шоу телеканала СТБ «Вечер с Натальей Гариповой». В студию к ведущей приходят известные артисты, которых Наташа умудряется раскрыть совершенно с другой стороны. Они будут смеяться, шутить, играть в игры, рассказывать личные истории, которые никто ранее не слышал. Среди гостей: Олег Винник, Иракли Макацария, Людмила Шупенюк, Дмитрий Шуров, Павел Костицын, Слава Каминская, Андре Тан, Даша Астафьева и др. Как Наталье удается раскрепощать гостей, с какими проблемами сталкивается проект на данном этапе и почему для Украины Late Night Show – это эксперимент?


«Вечер с Натальей Гариповой» - такого формата в Украине еще не было. Кому принадлежит идея, и почему решили создать проект? 


Идея принадлежит Насте Коняевой (шоураннер проекта), которая заручилась поддержкой Насти Братковской (руководитель проекта), Алексея Удовицкого (директор ТО2) и Галины Вячеславовны Пилютиковой. Вместе они пришли к руководству канала с предложением. Действительно, такого формата на СТБ еще не было, поэтому я расскажу, как это было. Изначально руководству предложили меня, как ведущую и только потом уже разрабатывали сам проект. Наверное, моя кандидатура была для них шокирующей, поскольку я не медийная персона, мой образ не приглаженный, да и сама по себе я немного дерзковата для такой большой аудитории, которая есть у СТБ. Поэтому в первую очередь руководству показали мои стендапы, промо моего тура и рассказали все как есть, прятать мое истинное лицо не было смысла. После утверждения меня, мы все вместе начали разрабатывать само шоу.


Наш формат не куплен, а разработан нашей командой. Много фишек до сих пор приходят в процессе, поскольку наше шоу – это некий эксперимент. Какие-то моменты пока откладываем из опасения, что они могут быть не поняты аудиторией. Но у нас много планов и идей на будущее.


Конечно, мы надеемся, что людям будет смешно то, что смешно нам. Наш юмор отличается, потому что мы другие. У нас очень молодая команда и у нас совершенно другие идолы в мире юмора. Некоторые расстроятся, но это не Хазанов. И даже не Гальченко (улыбается). Когда звезда к нам приходит, первые 10 минут происходит адаптация. Даша Астафьева после пяти минут начала съемок сказала мне: «А так задумано по сценарию – столько смеяться? Потому что мне очень смешно и я впервые буду некрасивая, потому что слишком много смеюсь». Но это же юмористическое шоу, поэтому так и предполагалось (улыбается). Просто люди не привыкли к такому формату. Все привыкли стараться, а кайф начинается тогда, когда ты наоборот – расслабляешься. Начиная с «Песни года», на которой мы выросли мы привыкли видеть, как артист не поет, а изображает пение, не радуется, а изображает радость. Артисты очень часто подстраиваются, изображают смех, веселье и радость. Я кайфую только тогда, когда звезда открывается настолько, что совсем себя не контролирует. Мы смеемся, ржем и не знаем, где граница. Есть вещи, которые из-за цензуры могут не пропустить в эфир. Но кайф в том, что человек открывается настолько, что не стесняется смеяться над собой, надо мной и вместе со всеми.


Сложно ли делать шоу формата Late Night Show в Украине?


На данный момент большинство проектов СТБ – это шоу, к которым зрители привыкли за много лет в эфире. Мы – новый юмористический проект, но мы знаем, как сделать, чтобы было смешно. Тут все строится на доверии. Канал нам доверяет – мы делаем шоу. Но это действительно очень сложный процесс. Сначала появляется идея, потом она воплощается в текст, дальше разбирается и анализируется всеми службами канала, потом все службы делают максимум, чтобы это снять. После съемок идет монтаж, озвучка, покраска и это все добавляет ценность тому, чтобы люди потом назвали это шуткой. Это делает не один человек, не ведущая, не сценарист, а огромная команда.


Десять лет назад СТБ первым начал делать талант-шоу. Мировой формат, который признан везде, но в Украине его не было. Нам завидовали даже ближайшие соседи. Рассказывали, что они хотели бы такое делать, но еще не понимали как, и смотрели наши украинские шоу, потому что это круто. Тогда СТБ первым рискнул и сейчас, мне кажется, мы снова рискуем. Надеемся, риск оправдает себя. Мы делаем максимум, что от нас зависит. На многие эксперименты мы идем и не знаем, как будет дальше. У нас очень консервативное общество и люди слишком серьезно относятся ко всему. Люди изначально готовы осудить, даже не посмотрев шоу. Мы идем на какие-то риски, потому что если мы не попробуем, то и не узнаем, сработает оно или нет.


На данным момент сложность еще в том, что мы не делаем актуальный юмор. Он круче, его интереснее писать, люди на него ярче реагируют. Что-то произошло в понедельник, отсняли во вторник, а в субботу уже выходит шоу, если оно еженедельное. Так делают в Америке и Англии. И это особенность Late Night Show, если мы говорим о формате. Так как у нас экспериментальный проект, мы снимаем заранее. Наш пилот писался в августе, а выйдет в марте. Много шуток, которые были актуальны тогда, весной уже не были бы такими яркими, поэтому мы пишем юмор, который должен быть смешным вне зависимости от времени.


Чем отличаются Late Night Show и «Вечер с Натальей Гариповой» от других развлекательных шоу? В том числе, украинских.


Конечно, многие будут сравнивать с похожими проектами, которые есть в разных странах. Просто это всемирно известный формат – вечернее шоу. Все они отличаются, хотя и похожи. Везде есть подобные проекты: стол, кресла, экран и тому подобное. И отличаются они только ведущими, потому что гости тоже повторяются.


По сравнению с другими проектами, мы почти не показываем зрителей. Возможно, этого никто не заметит, но для нас это принципиальная вещь. В формате Late Night Show не предусмотрен зритель. Его показывают только, когда он заявлен, когда есть акцент на ком-то из зрительного зала: кто-то что-то сказал или выкрикнул. Или, например, выходит Джастин Бибер – и все женщины хотят его, кричат, пищат и т.д. Это невозможно не показать. В таких шоу зрителя нужно показывать только, когда он участник, а не доказательство того, что шутка смешная.


У нас не совсем late night, у нас вечернее шоу. Мы отличаемся тем, что нет шуток про политику, у нас легкий юмор. Мы рассказываем больше о звезде и ее жизни. Тематику берем близкую для гостя. То есть, Даша Астафьева – сексуальность, как почувствовать себя сексуальной. С кем-то мы говорим о красоте, с кем-то – о ревности. Мы обсуждаем это с гостем, чтобы в конце найти какие-то ответы. Мы не хотим просто пошутить, похохмить, мы хотим, чтобы всем стало легче жить. Я понимаю, когда шутят про политику, то снимается какая-то претензия к политике – ты пошутил, и тебе стало легче. Мы нацелены больше на жизненный юмор. Меня интересует не политика, а другие более вечные вопросы. Например, как избавиться от комплексов, как людям говорить больше о сексе и сексуальности, как полюбить себя. Это все очень важные вопросы, которые стоят перед людьми каждый день.


Например, мы не знаем, что вокруг нас есть люди, которые неуверены в себе. Каждый. Всегда. Я встаю утром и думаю: «у меня не получится», «я разучилась шутить», «сегодня нет у меня сил», «я приду не смешно отвечу, и что будет?» У каждого человека такое есть: у того, кто дает интервью, кто берет интервью, кто снимает интервью. Каждый день происходит битва с самим собой и об этом должны знать люди, поскольку им кажется, что их мир – это вся Вселенная и такие проблемы только у них. Но если подумать, что каждый человек живой, со своим снежным комом, который он катит вверх, тогда всем станет легче, и все станут по-другому к себе относиться. В нашем шоу люди увидят, как звезды говорят, что их волнует и о чем они переживают. Увидят звезд легкими и непринужденным, как будто они сидят на кухне с друзьями.


В большинство развлекательных проектов приглашают несколько звезд в качестве гостей. В «Вечере с Натальей Гариповой» каждый выпуск посвящен одному гостю. Как считаете, при таком формате звезд нужно выбирать тщательнее, чтобы зрителям не было скучно?


Когда стало больше известно о нашем шоу, под конец съемок первого сезона, звезды уже сами хотят участвовать. Где-то услышали, узнали, прочитали. Звонят и спрашивают, можно ли. А мы еще даже не вышли в эфир. Артисты поняли, что у нас шутят немного по-другому, и они хотят попробовать. Многим хочется посмеяться, повеселиться и самим пошутить. Ведь звезды ходят на кучу интервью, где им задают одни и те же вопросы, где они одинаково отвечают. Наша задача – задать такие вопросы, которые мало кто задает, чтобы они рассказали свои смешные истории. Мы хотим узнать больше о госте, как о человеке. Нас не интересуют грязные истории, сплетни, кто кого бьет, кто с кем спит. Нам интересна их жизнь, факапы на сцене, любят ли они груши. Понимаете? Интересуют, как люди, а не как инфоповод.


Конечно, нужно выбирать тех, кто будет интересен аудитории. Сейчас появляется очень много новых имен. И честно говоря, мне с молодыми всегда легче. У нас больше точек соприкосновения. Не знаю, какой я буду в старости, но это нужно сохранить такую чистоту ума, чтобы в 60 лет хохотать и шутить. Нужно прожить очень осознанную жизнь.


После Нацотбора на Евровидение я увидела, сколько у нас молодых талантливых звезд. И многие из них совсем не шоумены, они просто делают музыку и кайфуют от этого. Так вот, мне кажется, с некоторыми из них, будет сложно делать юмористическое шоу (смеется). Они настолько в своем мире, в котором есть только они, музыка и больше ничего. Поэтому, они могут даже не услышать шутку. А значит, придётся потом объяснять, а объяснять шутку еще хуже, чем неудачно пошутить.


Есть люди, по которым сразу понятно – это будет круто. Например, полузащитник сборной Украины по футболу Женя Коноплянка. Он очень открытый. Когда дает интервью, много говорит, очень резко высказывается по поводу всех. Это смешно. Оля Полякова уверена в себе, она адекватная, она дает отчет о том, что говорит и даже если она говорит что-то запредельное, то она так и хотела. С такими людьми точно получится что-то классное. Моя мечта, чтобы к нам в гости пришел Андрей Данилко. Я считаю его самым смешным человеком в нашей стране. Наверное, по уровню опыта, мы будем с ним как отец и дочь, но с ним я готова к любым ролевым играм (улыбается).


Звездные гости не знают сценарий. Все, что происходит в студии для них – сюрприз. Во многих развлекательных проектах сценки постановочные и отрепетированные. Отказываются ли звезды от участия из-за того, что не знают сценарий?


Мы сняли на данный момент 11 эпизодов и еще ничего такого не было. Мне кажется именно это им и интересно – что они ничего не знают, что будет дальше, что не надо ничего репетировать и изображать. Почему артисты дома – совсем другие? Потому что, когда ты артист, тебе столько в жизни приходится всего изображать, что ты хочешь хоть иногда быть самим собой. И, я очень надеюсь, у нас в шоу получилось это сделать.


Нужно ли делить юмор на мужской и женский? Вы противница этого. Но все же почему-то большинство комиков – мужчины.


Я часто рассказываю об этом в интервью. У женщины другой посыл в жизнь. Женщина веками была роженицей, воспитательницей, хранительницей очага. Мужчины более свободны, могут больше рефлексировать. У меня много друзей-мужчин, которые все еще ищут себя во взрослом возрасте. У женщин нет времени на это. У них идут биологические часы. У мужчин же пульсирует мысль, как заработать деньги, как быть самым классным самцом из всех самцов. Поэтому, если у него цель шутить круче всех самцов, то он будет шутить круче всех. Поэтому мужчин больше среди юмористов и комиков.


Также влияет само восприятие женщины. Интервью с женщиной будут смотреть меньше. Интервьюер-женщина менее интересна, чем интервьюер-мужчина. Это можно проследить даже по просмотрам в интернете: одна и та же звезда в гостях у мужчины и в гостях у женщины. Почему так происходит? Нельзя отделаться от каких-то надстроек, которые создавались веками. Раньше женщина не имела права голосовать, выбирать мужа, веру, претендовать на имущество и т.д. Поэтому давление на женщину происходит, к сожалению и сейчас, особенно в «мужских» профессиях. 


Но я за то, чтобы все делали то, что им нравится. Женщины не должны доказывать мужчинам, что они лучше. Все должно быть гармонично. Раньше я хотела что-то доказать, мне кажется, я была ментально маленькой. До 30-ти лет мне хотелось доказать этим мужикам, что я смешная. «Я докажу им, что это смешно!». Сейчас нет такого разделения. Раньше поставить девочку закрывать концерт – немыслимо. Я даже говорю «девочку поставить» - это уже разделение. В смысле девочку? Просто другого комика. Нет разделения на мужчин и женщин. Сейчас никто не задается таким вопросом. Сейчас к тебе относятся просто как к профессионалу, как к комику, не добавляя в отношения гениталии.


Конечно же, среди женщин-комиков и ведущих Late Night Show в первую очередь на ум приходит Эллен Дедженерес. Вы даже похожи. Не думаете, что вас будут сравнивать?


Думаю, ничего страшного. Люди привыкли сравнивать. Они сравнивают себя со всеми остальными, поэтому и других сравнивают с другими. Мне это не страшно. Я с ней не соревнуюсь. У нее шоу, которое идет десятилетиями. Она любимица всей Америки, странно меня с ней сравнивать. Я комик, у которого первый сезон шоу, мы экспериментируем, пробуем. Я вдохновляюсь Эллен, и учусь у нее. Я вдохновляюсь всеми комиками, которых люблю. Мы учимся у тех, кто лучше. А учиться – это нормально.


Что значит для комика – учиться?


Шутка – это формула. Кто-то чувствует эту формулу, а кто-то не чувствует. Все время появляются новые и неожиданные формулы. Когда ты смотришь разные шоу, ты видишь, как интервьюер работает с гостями, как он делает так, чтобы они почувствовали себя комфортно, поскольку без этого ничего не получится. Ты можешь один раз в самом начале провалиться, сказать или посмотреть на гостя как-то не так, и все – вы снимите несмешной выпуск. Человек напряжется и не сможет раскрыться, потому что ты подвел его. Поэтому мне интересно, как ведут себя с гостями другие комики, как шутят, как поддерживают, как отбивают, как у них получается не перебивать.


Если ты великий футболист, ты все равно берешь у кого-то приемы: кто как отбегает, передает мяч, пасует, разворачивается, ведет себя в ситуации. Все очень любят слово «премьера», «новое», но все вторично, в нашем мире все уже было. И все мы это прекрасно знаем. Никого же не смущает, что мода повторяется каждые 10 лет? Поэтому какие-то повторы и заимствования – это нормально. Есть книга «Кради как художник», где говорится про повторы и что не нужно этого бояться. В одинаковой ситуации каждый человек поведет себя по-разному, потому что мы разные люди. Если мы возьмем с вами одинаковый набор продуктов и будем готовить сырники, мы сделаем их по-разному.


Ваши рубрики такие же, как в американских Late Night Show?


Мы разрабатываем рубрики под каждую звезду и все время пытаемся делать что-то новое. Конечно, что-то может и повторяться, но даже то, что будет похоже, все равно будет отличаться, потому что мы разные. У нас огромная разница менталитетов. В Америке люди более эмоциональные, более сентиментальные. На один и тот же розыгрыш люди по разному отреагируют в Америке и у нас. Даже видео про собаку, которая встретила своего хозяина через три года вызовет совершенно разные эмоции. Это во-первых. Во-вторых, у них есть культ идолов. Когда звезды выходят к публике, у людей случается оргазм! Там есть свои Битлз. У нас же их очень мало. Я думаю, скоро Монатик станет нашим Битлз. Но там люди сходят с ума по знаменитостям. В-третьих, страх. Сейчас объясню. В Америке без проблем можно разыграть человека, испугать его. А вот у нас такое чувство, что никто ничего не боится, поэтому такая фишка в студии или вообще не работает или на розыгрыш реагируют, как на опасность. Что тоже много говорит о нашем менталитете. Почему люди там более эмоциональны? Потому что они более уверены в себе, человек не боится, что его осудят за то, что он плачет привселюдно или громко смеется, запрокинув голову.


А на какие точки нужно давить для украинского зрителя?


Я не могу говорить, как сработает шоу «Вечер с Натальей Гариповой» и что именно подействует на людей, потому что я не буду видеть этих людей в момент просмотра нашего шоу. Могу говорить о выступлениях в стендапе. Когда человек понимает, что шутят про него, это работает. Выбивать из зоны комфорта – работает. У нас очень узкая зона комфорта: над Богом шутить нельзя, над национальностями нельзя, над смертью нельзя, роды, отношения, секс…. Столько «нельзя», а что можно? Поэтому нужно начинать с самого главного, что у человека каждый день (я надеюсь) – это секс. Это просто. Когда ты шутишь о том, что у каждого было, о чем он знает – это работает. Если ты шутишь о Филиппинах, это будет смешно только тем, кто был на Филиппинах и понимает о чем ты.


Сколько на проекте сценаристов, авторов? Как долго пишется сценарий для одного гостя?


В команде 3 сценариста и 3 автора. У них разные зоны ответственности. Автор – первоисточник, он берет звезду и полностью за нее отвечает. Он пишет сценарий, продумывает темы, рубрики, конкурсы и т.д. Сценарист –  исполнитель, который ищет фотографии, находит коннект со звездой по историям, ответственный за сьемку рубрик, монтаж, он сидит на записи в студии и отмечает сильные точки, которые нужно оставлять в финальном монтаже, он собирает «рыбу» из того, что мы наснимали. На каждом из этих людей огромная зона ответственности. А еще есть я и шоураннер Настя Коняева. Мы работаем в связке со всеми, экспериментируем, ищем новые ходы.


Для одной звезды сценарий разрабатывается 3-4 недели. У нас нет четких рамок, потому что на одного гостя было больше времени, на другого – меньше. Вот сейчас нам нужно за 2 недели написать и снять трех гостей.


В целом команда проекта составляет где-то 70 человек.


sostav.ua

Присоединяйтесь к нашему каналу в Telegram.
 
,